Содержание


Желтые повязки  

Командир группы подполковник Джордж Джонс посчитал, что самолеты авиакрыла должны иметь особые отметины. Дело было даже не в кураже летчиков, желавших выделяться из общей массы: следовало иметь какую-ту броскую символику, которая могла позволить быстро отличить «Сейбр» от сходного по силуэту МиГ-15, нечто вроде знаменитых «полос вторжения» времен второй мировой войны. В то же время Джонс не хотел копировать полосы вторжения.

Офицер группы снабжения капитан Эд Матцак, подающий надежды художник, карандашами набросал рисунок «Сейбра» с широкими оранжево-желтыми полосами-повязками с черной окантовкой. «Повязки» имелись на каждой плоскости крыла и вокруг средней части фюзеляжа, законцовку киля Матцак предложил также покрасить желтым. Летчикам предложение Матцака понравилось, по их мнению «Сейбры» с «повязками» выглядела гораздо привлекательнее самолетов коллег-конкурентов из 4-го авиакрыла. Полоса на фюзеляже имела ширину 28 дюймов, на плоскостях крыла - 36 дюймов, ширина черной каймы - везде 4 дюймов.

Повязки Матцака позволяли пилотам самолетов Объединенных Наций быстро идентифицировать «Сейбры» и, в немалой степени, способствовали росту морального духа летчиков 51 -го авиакрыла. Позже кили истребителей 51-го авиакрыла стали раскрашивать черными шахматными клетками, такие же «шахматы» имелись на истребителях 25-й эскадрильи в период второй мировой войны.

Повышению морального духа летчиков способствовала не только броская раскраска, но и появление в Корее «Сейбров» модификации F-86Е, превосходивших МиГ-15 по маневренности.

В меньшей, чем летчики степени новой модели «Сейбра» обрадовался (если вообще обрадовался) наземный персонал. Проблемы, связанные с техническим обслуживанием истребителей, остались. Механик капитана Ивена Кинчилоэ из 51-го авиакрыла Дэниэля Уолкера с неудовольствием отмечал, что часто подтекают гидроприводы элеронов, причем через прокладки могла вытечь вся рабочая жидкость гидросистемы. Очень трудно было снимать хвостовую часть фюзеляжа для демонтажа или детального осмотра двигателя, часто ломались замки фонарей кабин, подламывались носовые опоры шасси. Количество неисправных F-86E неуклонно росло несмотря на все старания инженерно-технического состава. Впрочем, даже если бы все «Сейбры» в одночасье смогли бы подняться в воздух, то их численность все равно не могла сравняться с количеством МиГ-15.

В декабре 1951 г. летчики «Сейбров» сбили 31 МиГ-15, кроме того один МиГ-15 сбил на «Шутинг Старе» 2-й лейтенант Роберт Смит из 36-й эскадрильи 8-го истребительно-бомбардировочного авиакрыла. Одну победу записал на свой счет многоопытный командир 335-й эскадрильи из 4-го авиакрыла майор Зэн Эмилл. Два МиГа сбил майор Джордж Дэвис, в то время как полковники Пристон и Танг сбили по одному истребителю. 1-й лейтенант Пол Роач, успевший полетать и в 4-м, и в 51-м авиакрыльях, одержал свою третью и последнюю за декабрь победу. Количество МиГов в небе над рекой Ялу даже увеличилось, однако летчики «Сейбров» отметили падение дисциплины пилотов истребителей противника и их худшую тактику. Видимо, эстафету у русских приняли китайцы. ВВС США теперь противостояли не только ВВС СССР (и не столько), а авиация Красного Китая.

Ожесточенный воздушный бой в районе Ялу имел место 6 января 1952 г. Летчики 51-го авиакрыла на истребителях F-86E сбили пять МиГ-15, в частности по одному самолеты записали на свой счет полковник Уолкер «Бад» Махурин и майор Уильям Уизнир. Махурин получил вожделенный статус аса еще в годы второй мировой войны, летая на поршневом «Тандерболте» Р-47.

В декабре небоеспособными считалось примерно 45% всех находившихся в Корее «Сейбров», 16,6% простаивало по причине отсутствия запасных частей, остальные - из-за разнообразных поломок и отказов. После того как в боях стали принимать участие два авиакрыла «Сейбров» остро стала проблема нехватки подвесных топливных баков. Многим летчиком приходилось летать на патрулирование с одним, а не с двумя как положено, баками. Время патрулирования уменьшалось.

Количество боевых самолетов с обоих сторон постоянно росло. В январе 1952 «бандитские поезда» (так американцы называли боевой порядок МиГов) стали насчитывать до сотни «вагончиков». Летчики МиГов старались использовать преимущество своих истребителей над «Сейбрами» в практическом потолке, часто атакуя с высоты 50 000 футов. На пикировании МиГи нередко разгонялись до скорости 0,9М. На вооружении 4-го авиакрыла пока оставались истребители F-86A, несколько более скоростные, чем F-86E, но менее маневренные. «Сейбры» новой модели в 4-м крыле получили только командиры эскадрилий и штабное звено.

Как уже говорилось, хотя количество МиГов возросло, средний уровень мастерства их летчиков понизился. Теперь, скорее всего, в кабинах МиГ-15, русских было меньшинство. В ряде случаев летчикам «Сейбров» удавалось достаточно просто отсекать замыкающие группы самолеты, после чего сбивать их. В январе американцы сбили 31 МиГ ценой потери пяти «Сейбров». Половину из этих победы записали на свой счет летчики 51-го авиакрыла.

Примерно в это время появились сообщения летчиков о встречах в районе Ялу с МиГ-15, имевшими опознавательные знаки советских ВВС - красные звезды. Однако, есть основания полагать, что эти рапорты, также как и донесения лета 1950 г. о встречах с северокорейскими «Кингкобрами» или более поздними по времени рапортами о «Сейбрах» коммунистов, являются добросовестными заблуждениями наблюдателей. Сегодня многие секретные документы времен СССР стали открытыми, и совершенно точно известно, что русским достался один-единственный F-86, совершивший вынужденную посадку на территории Северной Кореи. «Сейбр» был переправлен в Советский Союз, где его тщательно исследовали специалисты ЛИИ, ЦАГИ и ведущих авиастроительных КБ. Никакой достоверной информации об использовании «живых» «Сейбров» северокорейцами или китайцами также не имеется.

10 февраля майор Джордж Дэвис стал ведущим асом Корейской войны, он уже имел на своем счету 12 побед (плюс семь сбитых в годы второй мировой войны самолетов). Дэвис в составе группы «Сейбров» прикрывал бомбардировщики. При отражении атаки МиГов он в короткий срок сбил два самолета, это были его последние (13-я и 14-я) победы в небе Кореи. Через несколько секунд, после того как Дэвис сбил 14-й МиГ, он сам пал жертвой пушечной очереди, выпущенной советским летчиком. Боевые товарищи майора долго не хотели верить в гибель лучшего аса корейской войны.

С потерей Дэвиса ВВС США лишились выдающегося командира и прекрасного тактика. Многие видели в нем будущего лидера масштаба военно-воздушных сил в целом. Дэвис стал единственным пилотом «Сейбра» удостоенным посмертно медали Почета. В феврале погибли два летчика «Сейбров» (включая Дэвиса), в то же время американцы сбили 17 МиГов. Один из Мигов сбил 17 февраля командир 335-й эскадрильи майор Зэн Эмилл, он и стал вторым летчиком, погибшим в феврале-месяце.

1 марта 1952 г. в Сувоне появилась 319-я истребительная эскадрилья, имевшая на вооружении ночные истребители F-94B. Ночники могли привнести новое измерение в воздушную кампанию. Летчики и операторы РЛС имели прекрасную подготовку, тем не менее, их не пускали на передовую. Командование ВВС США не без основание опасалось за потерю оснащенной современнейшим и секретнейшим радиолокатором истребителя над территорией, контролируемой коммунистами. Такая машина представляла огромный интерес для русских. Летчикам эскадрильи категорически запретили залетать далеко на север.

В воздушных боях марта 1952 г. летчики «Сейбров» сбили 39 МиГов, потеряв три F-86. 20 марта летчики 2-й эскадрильи ВВС Южной Африки одержали свою вторую победу в небе Кореи. Четверку «Мустангов» атаковали пять МиГ-15. Самолет лейтенанта Тейлора получил повреждения. На выручку Тейлору поспешил лейтенант Инслин, длинной очередью вспоровший правую плоскость крыла МиГа, северокорейский истребитель со снижением ушел в северном направлении.

В марте зенитная артиллерия сбила два австралийских «Метеора» F.8 (A77-920 и А77-120) из 77-й эскадрильи. Австралийцев подловили при штурмовке наземных целей. Летчики «Метеоров» записали на свой счет одну общую победу над МиГ-15.

По два МиГ-15 сбили 1 апреля 1952 г. капитан Ивен Кинчилои и майор Уильям Уискотт, оба - из 25-й эскадрильи 51-го авиакрыла. Количество пилотов F-86, с полным правом именовавших себя асами, стремительно росло. В число асов 23 февраля вошел командир 25-й эскадрильи Билл Уизнер (7-й ас войны в Корее и первый в 51-м авиакрыле). Восьмым асом стал Фрэнсис Габрески (1 апреля), девятым - капитан Роберт Мур (3 апреля), десятым - капитан Кинчилои (6 апреля), 11-м - капитан Роберт Лов (21 апреля) и 12-м - майор Уискотт (26 апреля).

Полковник Габрески сбил пятый самолет в корейской войне на F-86Е с заводским номером 51-2746. Обычно на этом истребителе летал Билл Уискотт, который окрестил машину «LADY FRANCES», наземный экипаж к названию Уискотта добавил свое: «MICHIGAN CENTER». Название, данное «Сейбру» летчиком, красовалось на левой носовой части фюзеляжа, механик и оружейник написали свое имечко на правом борту. Уискотт также сбил свой пятый МиГ на этом «Сейбре». Капитан Ивен Кинчилои стал первым асом, сбившем все пять самолетов, летая на одном истребителе (51 -2731), механиком этой машины был Дэн Уэлкер.

В апреле 1952 г. над Ялу было сбито 44 МиГа и потеряно четыре «Сейбра». Попытку коммунистов использовать аэродром на южном берегу Ялу американцы пресекли первый раз 22 апреля 1952 г. Майор Элмер Харрис и капитан Кинчилои штурмовым ударом уничтожили на летном поле два Як-9 и возможно повредили один МиГ-15. В Корее уничтоженные на земле самолеты не засчитывались как победы, однако противник-то все равно терял истребители...

Известны случай, когда летчики «Сейбров» увлекались погоней за Мигами и пересекали запретный рубеж - реку Ялу, игнорируя приказы высшего командования и политиков. Однако был короткий период, когда трансграничные полеты на регулярной основе практиковали несколько летчиков, причем делали они это совершенно осознанно.

Группа летчиков 51-го авиакрыла, в том числе полковник Габрески, подполковник Джордж Джонс, полковник Балд Махурин, майор Уильям Уизнер и ряд других, называла полеты в Маньчжурию «Мэйпл Спешиал». Полеты «за границу» эти летчики совершали в тайне от своих товарищей по авиакрылу.

Полеты в Маньчжурию могли привести к дополнительным сложностям в отношениях с командованием. Так, 1-й лейтенант Билл Гинтер привез из одного такого полета занятную пленку фотокинопулемета, на которой было зафиксировано как он атаковал МиГ в воздушном пространстве Маньчжурии. Летчик МиГа пронесся прямо над аэродромом Аньдун, что и зафиксировал беспристрастный фотокинопулемет «Сейбра». Как рассказывал Махурин на кадрах четко были видны «МиГи, ряд за рядом, выстроенные по обоим сторонам взлетно-посадочной полосы. Создавалось впечатление, что «Сейбр» несся ниже верхушек килей МиГов». Гинтер «уложил» МиГ прямо на летное поле на глазах техников противника. «Нарушитель конвенции» после возвращения на базу сумел «нагреть» командование и заныкать опасную пленку. Редкий фильм летчик показывал только особо доверенным людям.

1-й лейтенант Джо Кэннон, летавший на F-86E в составе 25-й эскадрильи, любил вспоминать об одном из боев с Мигами:
- Свой 91-й боевой вылет я совершил в кампании с такими пилотами, как «Кинч» (капитан Кинчилои) и «Габби» (командир 51-го авиакрыла полковник Габрески). 2 апреля я в паре с Кинчем вышел в район Синьчжу на высоте 48 000 футов. Мы сбросили подвесные баки, как только заметили три звена МиГов, которые шли на 5000 футов ниже. К счастью они нас не видели. Мы развернулись и спикировали на противника. Кинч сбил один истребитель, летевший в самой середине группы. Я едва увернулся от столкновения с МиГом. Мы разошлись так близко, что я увидел выражение ужаса на лице летчика МиГ-15. Кинч вызвал меня по рации и приказал набрать высоту для второго захода. Выполняя разворот, я вновь увидел самолет противника, с которым едва не столкнулся. МиГ направлялся в сторону Ялу. Ножницами я погасил скорость и пристроился ему в хвост. После трехсекундной очереди Миг загорелся.
- В этот момент в наушниках раздался вопль Кинча: «Прими влево!» Я начал крутить головой - так и есть: на хвосте сидит МиГ. Снаряды, выпущенные из пушек истребителя противника, сорвали с лица кислородную маску, проделали здоровенную дыру в левой плоскости и измочалили стабилизатор. Пришлось покинуть самолет, в раскрывшемся куполе парашюта красовались дыры от осколков. Кинч отважно отвлекал на себя внимание вражеских летчиков. Приводнился в море, откуда меня быстро вытащили наши моряки, а к обеду я уже был в Сувоне.



Дальше

Назад


Hosted by uCoz